Минские этюды

авг 312019

В столице Беларуси – Минске – мне довелось быть несколько раз. Каждая из поездок туда оставила свой след в моей жизни и свои воспоминания. О первом визите в Минск я уже рассказал, теперь расскажу про остальные.

Ноябрь 2013 года.

Прибытие. День первый-второй.

За эту поездку я встретил очень много людей, которых хотел увидеть не в Интернете, а вживую. Еще до поездки я договорился со знакомыми минчанами, как мне снять квартиру, в частности мне очень помогла моя давняя хорошая знакомая Татьяна. В Минском аэропорту меня встречал верный товарищ по мосваровской кутерьме – Дима (оперативный псевдоним «Балда»). Увидев друг друга вживую и сразу же решив, что такое дело нужно отметить, как минимум, пивом, мы с Димой двинулись с аэропорта на суточную съемную квартиру по адресу: проспект Пушкина, д. 30, кв. номер… ну, неважно, где уже нас ждала Татьяна с риэлтором. Как я потом поглядел, в 30-м и в соседних домах посуточно сдавалось очень даже немало квартир, причем, с пометкой «для свиданий». Почему «для свиданий» я понял почти сразу, как оказался внутри: посуды почти никакой, телек нерабочий, зато на окнах темные шторы и в комнате огромная двуспальная кровать. Если вы решите посетить Минск, советую снимать квартиру в том районе. Недалеко от дома, где я жил, находятся, как минимум, два заведения, где можно отдохнуть телом на полную катушку. Кстати, с районом станции метро «Пушкинская» связана одна интересная закономерность. Начиная с 2013 года, мое пребывание в Минске постоянно связано с этим районом: три раза (2013, 2014, 2017 гг.) я хотя бы некоторое время жил в этом районе.

По пути к пункту назначения Дима проводил мне экспресс-экскурсию по Минску. Рассказчик из него просто суперский! Также, по дороге, заскочили мы в супермаркет взять чего-нибудь перекусить. Дима блокировал все мои попытки взять из напитков что-то вроде «Фанты». Мотивировал это просто: «Раз уж ты оказался в Беларуси, то давай бери белорусское! Вон, Квас тебе в помощь!» Ну, квас, так квас… Забегая вперед, скажу, что тамошние квасы – реально вкусные. Рекомендую…
Вечером того же дня у меня произошла еще одна встреча: еще с одним моим игровым товарищем – Саней. Саня принес пиво, мы с ним неплохо посидели, обсудив широкий спектр тем. В общем, обычная посиделка двух приятелей.

На следующий день (это был понедельник, насколько я помню) пошел я по Минску по заранее намеченному маршруту.

Первым пунктом было урочище Куропаты – место расстрелов и захоронения жертв вакханалии 1937–1938 годов. Надо сказать, когда я только собирался в Беларусь, знакомые мне показывали фотки тех мест: множество крестов вдоль дороги производили очень жуткое впечатление. Когда я добрался до этих самых Куропат и увидел их вживую, то оказался озадачен. Фотки, которые я видел, были устаревшими, а в самом урочище провели реконструкцию. Теперь вместо рядов из крестов были три больших камня с тонкими крестами. Но сама энергетика места – страшная. Ходишь возле мемориала и от ощущения, что ты вот сейчас идешь по костям, волосы дыбом встают. Жутко.

undefined

undefinedundefined

Дальше двинул я в Национальную библиотеку Беларуси. Спасибо огромное моим добрым друзьям – Татьяне со Светланой, которые мне устроили просто шикарную экскурсию. Посмотрел я тогда и на саму библиотеку, и на выставку, которая там проводилась (жаль, что уже не помню ее тему), поднялся на тамошнем лифте, оглядел панораму Минска... В общем, впечатлений было – вагон и маленькая тележка.undefined

После Националки я еще долго ходил по Минску. Зашел на Немигу, а точнее, на так запомнившийся мне с прошлого визита в Беларусь Остров Слез. Поскольку тогда я был ограничен во времени и не смог рассмотреть это место капитально, то решил восполнить упущенную возможность.

Официальное название мемориала – «Остров Мужества и Скорби» («Остров Слез» называется он в народе). Находится на искусственном острове на реке Свислочь возле улицы Немига (хотя у местных это скорее район из нескольких улиц) в самом центре Старого Минска. К мемориалу ведет арочный перекидной мостик. Когда ступаешь на остров, сразу виден большой камень с вмурованной в него скульптурой Божьей Матери, под которой выбита надпись на белорусском языке: «Сынам, загінуўшым у Афганістане, пабудаваны гэты храм-помнік па даручэнні беларускіх маці, якія не жадаюць, каб зло панавала ні на сваёй, ні на чужой зямлі» ( «Сыновьям, погибшим в Афганистане, построен этот храм-памятник по поручению белорусских матерей, которые не желают, чтобы зло господствовало ни на своей, ни на чужой земле»). У этого камня часто лежат живые цветы и стоят лампадки. Посреди острова возвышается храм. Как мне рассказывали позднее, его силуэт напоминает изначальный облик храма Ефросиньи Полоцкой XI века. С лицевой части храма установлены бронзовые статуи женщин, символизирующие солдатских матерей. Внутри – 4 алтаря, на которых высечены имена всех воинов-интернационалистов из БССР, погибших в Афганистане.

Даже издали мемориал выглядит великолепно, а когда к нему подходишь – в горле застревает ком… Мысли путаются, путаются и эмоции: восхищение мужеством воинов-интернационалистов, восхищение тем, что их помнят, и, вместе с тем, чувство горечи и сострадания матерям, которые так и не дождались своих сыновей.

undefinedundefined

Побродив по Острову Слез, я позвонил Диме, дабы спросить, куда лучше пойти дальше. Он посоветовал заглянуть в городскую ратушу, сказав, что там я, кроме созерцания красот, могу разжиться сувенирами. Действительно, городская ратуша красива, но больше всего мне понравилась статуя кареты за ней. После нее я отправился в сувенирную лавку, находящуюся тут же. Выбор сувениров – магнитиков, тарелочек и прочих мелочей – огромен! Но больше всего понравились магниты в виде денежных купюр. Набрал я их полные карманы: одни изображали советские купюры (1, 3, 5, 25 рублей), другие – белорусские купюры до деноминации (2 миллиона, 5 миллионов, насколько я помню). В 2017, кстати, в Беларуси пройдет еще одна деноминация, но это будет потом…

undefined

Кстати, о миллионах. Яркий след в моих воспоминаниях оставил плакат на какой-то минской автобусной остановке. Плакат рекламировал какую-то лотерею и гласил: «10 миллиардов на дороге не валяются!». Меня, как человека, непривычного к таким суммам, плакат этот немало удивил и сильно поднял настроение.

undefined

Закупившись сувенирами, я двинулся в Национальный исторический музей Республики Беларусь и там со мной произошла забавная ситуация.
Итак...
Вечер. Дима, уставший, как сволочь, заходит в музей. Билетерша подозрительно на него смотрит и завязывается диалог.
- Молодой человек, Вы в музей?
- Ага. Вот деньги за билет (то ли 10 тысяч белорублей по старым деньгам, то ли 20, короче, примерно 1–3 бакса).
- Вы студент?
- Нет
- Вы льготник?
- Нет. Я вообще гражданин другого государства, турист. Изучаю достопримечательности Минска.
- Что-то Вы неважно выглядите. Пойдемте, я Вас проведу по залам, денег не надо.
- ....?! Ну, спасибо...
Водила она меня по залам часа с полтора. Я с интересом смотрел на доспехи, мечи, мушкеты... Сделал много фоток. Когда уходил с музея, мой экскурсовод сказала:
- Надеюсь, Вам понравилось. Приезжайте еще.

undefinedundefinedundefinedundefined

Я пообещал и пошел на свою съемную квартиру. Там я поужинал и вышел на балкон покурить. И долго смотрел на вечерний Пушкинский проспект и гостиницу «Орбита». Зрелище завораживающее, скажу я вам: кучи машин, толпы людей, спешащих куда-то по своим делам, светящиеся окна номеров гостиницы, почему-то в шахматном порядке – все это давало какие-то новые ощущения, которые не передать словами.

День третий. Встречи-2.

В тот период была Девушка, к которой я был совсем неравнодушен и прямо-таки мечтал с ней встретиться. Поверьте, одно дело договариваться о встрече в ВК-шном чатике и совсем другое дело, видя на телефоне ее входящий вызов, брать дрожащими руками трубку и, стараясь держать ровным голос, отвечать: «Да, как договорились. Буду ждать. Звякни, как будешь подъезжать, выйду – встречу». Ответить – еще полбеды. После звонка начинаешь мерить комнату шагами, курить, ждать «контрольного» звонка. И время тянется-тянется... Наконец-то, звонок! «Я в метро, подъезжаю. Встречай!». И летишь как на крыльях к входу в метро. И ждешь... И, наконец-то, увидел ЕЁ! Темноволосую, темноглазую, улыбающуюся, в черном пальто, в черных сапожках, стук каблучков от которых музыкой слышится. Ох и ах!

Те часа четыре, которые я с ней провел, были словно в тумане. Потом она засобиралась по делам, я ее проводил и пошел шлындаться по Минску.

undefined

Как следует не получилось, у меня села батарейка в фотике. Вернулся я на квартиру, вышел в мобильный майл-агент, написал «Товарищи, я в Минске. Кто хочет встретиться – звоните». Написала мне давняя моя знакомая Лена, сказала, что можно пересечься, только ближе к вечеру и ненадолго. Договорились встретиться. Я сразу Лене отобрал немного цукатов и фиников, которые привозил в Беларусь в качестве подарков всем моим знакомым. Собрался пообедать и попить чаю. Звонок от Димы: «Димон, ты как насчет пива вечерком?» Я, что, дурак, отказываться? Говорю: «Добро, Дим, я только “За!”». Часа через полтора мне звонит Лена, говорит, что она около метро, ну, я собрал подарочек ей и вышел к месту встречи. Сказать, что я удивился, увидев Лену, не сказать ничего. Говорят, есть люди, из которых доброта бьет фонтаном – так это про нее. Мы с ней мило поболтали, вручил я ей немножко вкусняшек, а взамен получил смешного и красивого соломенного домовенка, который, кстати, до сих пор у меня дома на стене висит.

Распрощался я с Леной, приехал Дима. За некоторый период пивопития мы умудрились обсудить кучу разных тем, начиная от Мосвара и кончая адронным коллайдером. За пивом Дима мне рассказал некоторые городские легенды. Надо сказать, их да еще всяческих суеверий в Минске очень-очень много. Хотя часть из них имеет под собой довольно веские основания. Так, многие места в Минске, считающиеся «нехорошими», приобрели свою дурную энергетику в годы Великой Отечественной. Например, «Яма» на улице Мельникайте, где в 1942 году было расстреляно 5000 узников Минского гетто, или место бывшего концлагеря «Тростенец». Понятно, что присутствие в таких местах хорошего настроения не добавляет. Хотя, местные привыкли.

Не знаю почему, но «колдовским местом» в Минске устойчиво считается Комаровка, оно же Комаровский рынок. И за все мои визиты в белорусскую столицу так и не понял, что явилось основанием для подобных слухов.

Больше всего меня веселили и веселят минские легенды, связанные с Немигой. Например, уже упоминавшаяся мной традиция молодоженов вешать замочки на ограждение около Острова Слез. Но есть и более любопытные поверья. На Немиге стоит статуя мальчика-ангелочка: одно из минских поверий гласит, что если женщина хочет родить мальчика, ей надо прийти к этому самому ангелочку и хорошенько потереть платком его, гм, мужское достоинство. И ведь верят! Гуляя по Немиге, я не раз не два наблюдал сию картину. Смотреть на это, скажу честно, весело. В общем, вечер закончился на хорошей ноте.

undefinedundefined
В общем, вечер закончился на хорошей ноте.

День четвертый. Хатынь.

Одной из основных целей того визита в Беларусь было посещение Хатыни. В ту ноябрьскую среду я встал пораньше, добрался до автовокзала, купил билет на маршрутку до Плещенниц, поехал. Благо, дождя не предвиделось. Автобус доехал до поворота на Хатынь, от которого до самого мемориала предстояло пилить еще 6 километров. И пошел ваш покорный слуга это самое расстояние пешочком. Идя, смотрел на лес, зажимающий дорогу в еловые клещи. Ощущение было довольно жутковатое: серое осеннее небо, темный лес, а впереди белорусская деревни, жителей которой заживо сожгли нацисты, не пожалев ни детей, ни стариков...

undefinedundefined

Впечатления от самой Хатыни были очень неоднозначными. Вот прекрасно сделанный мемориальный комплекс, передающий всю ту жуть, которая творилась на территории оккупированной БССР, и вот кислолицые гиды, вещающие всякую чушь про что, что Гитлер был ничуть не лучше Сталина, и т.п. Печные трубы, символизирующие остатки сожженных домов, и при этом ни слова об истинных палачах Хатыни – 118-м украинском шуцманшафт-батальоне. Не споря с гидами, а вскоре и вовсе перестав их слушать, я просто ходил по комплексу. На обратном пути погода испортилась и пошел дождь. Неизвестно сколько бы я стоял и мокнул на остановке, если бы не тракторист, подбросивший меня на тракторе до Логойска, за что я ему благодарен до сих пор. И уже с Логойского автовокзала ваш покорный слуга поехал на автобусе в Минск.

Вот тогда мне и позвонила моя наставница (без дураков) Дарья. Предложила встретиться. Я кратко рассказал про Хатынские приключения и сказал, что сам я тупо устал шататься. На что она мне ответила: «Окей, я к тебе заскочу на полчасика». Заехала. Наша с ней беседа растянулась часа на полтора. Ибо всегда очень приятно поговорить с человеком, который говорит все, как есть, не особо стесняясь в выражениях, но при этом умудряясь не материться. Спасибо, Дарья, за ту кучу пинков и умных советов, что я от тебя получил. Правда, я, как истинный раздолбай, многое делаю не так, но все же…

День пятый. "Яма", Минский Музей Великой Отечественной Войны, дом I съезда РСДРП.

На следующий день, все еще будучи под довольно тяжелым впечатлением от посещения Хатыни, решил я наведаться в Белорусский государственный музей Великой Отечественной войны. Про себя решил, что, если гиды там будут такими же, как в Хатыни, я просто развернусь и уйду.

По дороге в музей повидал еще один известный в Минске мемориал – памятник жертвам Минского гетто, в народе именуемый «Яма». Мемориал представляет собой большой овраг-яму, на дне которого высится небольшой обелиск в честь погибших в гетто. Вдоль ступеней, ведущих на дно «Ямы», стоят скульптуры спускающихся, а точнее, идущих на верную смерть, людей. Впечатление мемориал производит довольно жуткое. 

undefinedundefinedundefined

Очень порадовал меня и Музей ВОВ: экспозиции – замечательные! Чего там только не было! И фотографии, и ордена с медалями, и подробные карты фронтов на территории БССР обеих воюющих сторон, и карты действия партизанских отрядов, и многое-многое другое.
undefinedundefinedundefinedundefined

Немалую часть музейной экспозиции занимали темы партизан, зверств немцев и всей прочей шоблы на территории БССР. Великолепно представлен партизанский быт: землянки, оружие, агитплакаты и даже партизанские учебники, по которым учились детишки в лесах. Смотрел я на все это с неподдельным восторгом и восхищением. Музейная экспозиция, действительно, погружала в ту, партизанскую, атмосферу.

undefinedundefinedundefined

Низкий поклон также и авторам экспозиции, посвященной ужасам оккупации. Передали просто превосходно, до дрожи и мороза по коже: колючая проволока, форма немецких солдат, полицейских, нашивки «остарбайтеров» (угоняемой в Германию молодежи), сухие доклады и донесения о том, сколько народу было убито, угнано, пропало.

undefinedundefined

undefined

Значительно усиливает эффект и то, что вместе с распечатанными на принтере вывешены и старые отчеты, написанные аккуратными почерками на пожелтевшей от времени бумаге... Поверьте, жуть, которую ощущаешь в тех залах, не передать словами. Ее просто надо один раз почувствовать. Музейный экскурсовод, видя мой интерес к данному периоду, подошла ко мне и тихим голосом, словно читала закадровый текст, начала комментировать экспонаты. К стыду своему, я не запомнил ее имени, но эта женщина рассказала очень много интересных вещей, о которых я не имел ни малейшего представления. Спасибо ей за это…
Вышел из музея я полный эмоций и впечатлений, находясь в полной уверенности, что вряд ли еще какой-нибудь подобный музей по своей фактурности сумеет превзойти минский. Однако спустя 4 года я понял, что тогда ошибся: у Киевского музея Великой Отечественной, расположенного под статуей Родины-матери, это все-таки получилось.

Но это все будет потом…

Будучи в воодушевлении от Минского музея Великой Отечественной войны, я решил посетить еще одну, сильно интересующую меня достопримечательность – дом I съезда РСДРП на улице Захарьевской. Именно на этом съезде в марте 1898 года была предпринята первая попытка объединить разрозненные кружки социал-демократов в единую партию. Первый блин вышел комом: делегаты не смогли толком договориться, но начало было положено.
Мало того, что сам дом-музей в прекрасном состоянии, так еще тамошние экспозиции вызывают живейший интерес. Интерьеры тех времен, много информации о тогдашних политических партиях. Одни словом, это один из тех музеев, который я очень советую посетить всем, кто хоть сколько-нибудь интересуется Февральской и Октябрьской революциями в России.

undefinedundefinedundefined

День шестой. Перед отъездом.

Еще перед этой поездкой в Беларусь мама заказала привезти тамошнее льняное постельное белье. Выяснив у Татьяны, где его можно купить, поехал я по Минску в поисках нужных мне вещей. В результате нашел искомое в ТЦ «Корона» на Каменной горке. И тут, как назло, у меня очень сильно разболелась нога. Еле-еле доковыляв до съемной квартиры, я понял, что прогулок на сегодня больше не будет никаких. Решил я устроить коллективные посиделки, собрав воедино всех знакомых. Но смогли прийти только Татьяна и Саня. Немного посидели, поговорили, попрощались, ведь на следующий день мне надо было уезжать. Вечер. 23.00. Звонок. Звонит Дима: «Димон, извини, что приехать не смог, замотался. Ты во сколько завтра уезжаешь?» Я говорю, что где-то в 7 утра буду на автовокзале, в 7.30 автобус уходит. Дима мне пообещал привезти сувенир. Я уже собирался ложиться спать, как мне позвонила Дарья.

-Дим, извини, замоталась, не смогла приехать.
-Да ладно, Даш. Пожелай мне удачной дороги, завтра я улетаю.
-Дим, а ты как хочешь до аэропорта добираться?
-Ну… На метро до автовокзала, а потом на автобусе до аэропорта.
-Дим, это стремно. Если тебе к полвосьмому надо быть на автовокзале, есть риск, что ты не успеешь. Смотри сам: метро начинает работать в 5.30. Тебе надо будет еще дождаться поезда и доехать до автовокзала, а потом до аэропорта. А если ты опоздаешь на самолет, тебе будет очень грустно. Лучше закажи такси до автовокзала, я тебе номерок скину.
-Послушаюсь мудрого совета.
-Удачи!

День седьмой. Отъезд.

Сделал я так, как сказала мне Дарья. Вызвал такси и поехал на автовокзал. Как раз рассветало. Ночной Минск уже спит, а дневной – еще не проснулся. Красота! Добрался до автовокзала, купил билет, стою, жду автобуса. Вдруг подбегает запыхавшийся Дима и протягивает мне большую плитку Борисовского шоколада. Даже не плитку, а килограммовый брикет.

- Это тебе сувенир, там, в Казахстане, чай попьете. Правда, шоколад горький и его раскалывать молотком нужно.
- Спасибо!
- Ну, бывай! Удачи! 

Смысл Диминой фразы про то, что эту шоколадку надо колоть молотком, я понял лишь в Таразе, когда мои домашние захотели попробовать настоящий белорусский шоколад. Спасибо, Дим. Я никогда не забуду, как мама разламывала твою шоколадку! Впрочем, это уже совсем другая история.

Сентябрь 2014 года.

Скажу честно, до 2014 года я был очарован Беларусью. А вот когда мне довелось там пожить три месяца и столкнуться с местной спецификой и менталитетом, так сказать, в лицо, я стал гораздо более трезво смотреть на вещи. Некоторые мои знакомые вне РБ, говорят, что «там сохранился Советский Союз». Не знаю, что там сохранилось, но симбиоз социализма и капитализма в Беларуси выглядит несколько странно. Это впечатление усиливает и какая-то закукленность белорусов в самих себе. То, что за пределами их «кокона», они воспринимают с большим удивлением. На меня вообще как на какое-то чудо природы смотрели. Вызывала подобная реакция откровенное веселье, честно говорю. В целом же белорусы, которые мне встречались, были добрыми и вежливыми, но при этом большинство – какое-то меланхолично-спокойное ко всему происходящему вокруг. .

Как-то раз, решив развеяться от головной боли в виде поиска работы, оформления документов и прочего, решил я сходить в Минский зоопарк. Перед походом проконсультировался с уже знакомой вам Дарьей, как туда добраться, сколько стоит билет и стоит ли вообще туда ходить, на что она сообщила мне вот что:

- Дим, Минский зоопарк – зрелище весьма печальное. Так что, если не хочешь убить себе настроение окончательно, не ходи туда, не стоит.

Ну, хорошо: не стоит, так не стоит. Залез я в ВК и увидел, что моя давняя интернет-знакомая Виктория пишет о том, что она на следующий день везет своих котов на кошачью выставку в Минск. Это меня очень сильно заинтересовало и, списавшись с Викторией, я выяснил, где и как будет она проводиться, ну и договорился встретиться.

На следующий день поехал я на выставку. Надо сказать, что я жил в поселке Лесковка, в 7 километрах от Минска, за Боровлянами. Поэтому каждая поездка в город выливалась в мини-приключение. Сначала необходимо было пройти километра полтора до остановки, потом сесть на 113-й или 115-й автобус и добраться до станции метро «Московская». Ехать минут 40. И, порой, за это время успеешь проклясть все на свете, ибо контингент набирался самый разный. Но автобус – еще полбеды.Зачастую сущей нервотрепкой оказывалось перемещение по метро. Дело в том, что я вечно не нравился охране станций. Лишь в редких случаях меня пропускали просто так. Обычно же останавливали, интересовались моим состоянием: напился, накурился или плохо себя чувствую? А после либо пропускали в метро, либо заворачивали. Во втором случае приходилось идти пешочком одну, а то две станции, чтобы нормально в него попасть. С тех пор я минское метро возненавидел. Всей душой, да. 

Так было и в тот день. Пройдя через мини-приключение «автобус + метро», оказался я на кошачьей выставке.
Какая красота! Сколько кошек и котов! Разных пород, разного окраса, разных характеров. У одних на мордах прямо читается «Я король (королева), а вы – ничто», у других вид уставший и такие замученные взгляды, в стиле «ну отвалите уже от меня, дайте поспать!», у третьих – вообще боевой настрой из разряда «Всех убью, один останусь!». Среди многочисленных клеток с котами и кошками можно ходить часами. А звуковой фон-то какой! Там довольное урчание, там резкий недовольный «МЯФ!», там шипение, там еще какие-то звуки. Прямо ощущение, как будто попал в волшебную кошачью страну.

undefinedundefinedundefined

Побродив некоторое время по выставке, я встретился с Викторией, которая привезла на выставку своих мейн-кунов. Поболтали мы с ней о всяком-разном-многом и я решил еще раз пройтись по выставке. Забрел в зал, где котов взвешивали, измеряли длину шерсти, короче, обследовали по полной программе, дабы решить: достаточно ли крут кот для получения соответствующей грамоты или нет. Самое забавное – выражение кошачьих морд. Тоскливые, обреченные, типа «Ну я и попал… Когда все это закончится?!» Вдоволь налюбовавшись, я вернулся к Виктории, попрощался с ней и поехал на съемную квартиру. Мне надо было еще пройти стандартное «дорожное приключение».

Был это мое самое долгое пребывание на белорусской земле, оставившее в памяти весьма неоднозначные впечатления. К счастью или к сожалению, как бы я не хотел остаться в синеокой Беларуси, ничего у меня не получилось. Через пару месяцев я улетел на родину и думал уж, что еще не скоро увижу под крылом самолета очертания Минска. Но, как говорится, хочешь рассмешить Бога -- расскажи ему о своих планах.

Август 2017 года.

Прилет.

На этот раз в Минске я был транзитом. Стартовал в Калининграде, а конечной целью была «мать городов русских» – Киев. По понятным причинам авиасообщения между Россией и Украиной нет, поэтому я решил добираться через белорусскую столицу. Приключения начались еще до прилета. Я просто уснул в самолете и остался без перекуса. Таким образом, в Минск я прилетел голодный и, соответственно, злой. Сойдя с трапа самолета, я обозрел уже хорошо знакомый мне вид аэропорта и, криво усмехнувшись, поздоровался с Минском: «Ну, здравствуй, город Минск! В четвертый раз, блин…».
Получив багаж, я вышел в зал аэропорта, где сразу заметил моих встречающих: мою единомышленницу и друга Александрину и ее жениха Леонида. Александрина поприветствовала меня «букетом» из пяти сушеных рыбин. По её признанию, она хотела меня встретить именно так. Визит, едва начавшись, уже становился интересным.

Александрина этот эпизод вспоминает так:
Насчет рыбин... Примерно через полгода общения с Димитрием выяснилось, что он очень любит сушеную рыбку под пивко, а в РК стоит она до ...в общем, до неприличия кусаче. План созрел мгновенно: если дружище когда-либо снова окажется в Беларуси, встретить его с кульком выпученноглазых вобл)). И так я себе живенько это божественно ароматмзированное безобразие представила, так вдохновилась, что ждала явление Димки с изрядным нетерпением. Были даже поползновения вручить сей букет по приезду в Кениг — были у меня отпускные планы на тамошние окрестности, да не срослось. А жаль, жаль — какое тролльство было бы привезти морскую рыбеху в портовый город)). Зато дождалась в родных пенатах. И вот час Че: натюрморт закуплен и готов к транспортировке. Однако дарить вот эти все золотые караси, красноперку и толстого подлещика как есть. мне показалось мало. Поэтому рыбь была подвергнута расово верному обертыванию в газету, по чистой случайности оказавшейся гласом компартии РБ. Гнусно ухмыльнувшись резвящейся Вселенной, я и благоухающие через рюкзак рыбы поехали в аэропорт...

Ребята меня приютили, выделили койкоместо. Почти всю ночь я пытался поспать, но сон был рваным: было ощущение какой-то странности, ощущения чего-то, что поломает мое мировоззрение (что, кстати, чуть позже и произойдет в Киеве). Почему-то снились купола Рязанского Кремля, снилась мама, снилось еще что-то… В общем, старина Морфей приготовил целый винегрет для моих мозгов.

На следующее утро Леонид ушел на работу, а мы с Александриной пошли на вокзал, дабы взять билеты: мне – до Киева, а ребятам – до Ганцевич, небольшого города в Брестской области, где должен был пройти фестиваль авторской песни.

- Дим, приезжай и ты в Ганцевичи. Там будет очень интересно. Песни у костра, природа, бардессы красивые.
- А..
- Пиво с водкой тоже будут в немалых количествах, не переживай.
- Блин, да я совсем не переживаю. Все там свои песни будут петь, ты будешь стихи читать, а мне-то что там делать?!
- Отдыхать!
- Хорошо, приеду. Прямо с Киева.
- Ура!

Блин, если бы я тогда знал во, что это выльется, то… Хотя нет, все равно бы согласился. Ибо до этого ни разу в лесу не отдыхал и мне было интересно.

После вокзала Александрина мне устроила небольшую, как она выразилась, «тролльско-ностальгическую» экскурсию по Минску. Пофоткала меня на Площади Независимости, возле стелы героям Великой Отечественной Войны. Тогда же, во время прогулки, мне пришла в голову мысль, что мне нужна симка для связи. Но в салоне сотовой связи для ее покупки затребовали столько документов, что я плюнул и решил попросить помощи у Димы (Балды). Так что вернувшись с Александриной на квартиру, я связался с ним и попросил насчет симки, пообещав светлогорский магнитик. Дима согласился, договорились о встрече вечером на вокзале.

undefinedundefinedundefined

Время пролетело незаметно. Пришел с работы Леонид и они с Александриной проводили меня на вокзал. Там мы дождались Димона, с которым у меня состоялся взаимовыгодный бартер (симка-магнитик). Подошел поезд. Попрощался я со своими друзьями, залез на верхнюю полку и учучухал в ночь. Впереди был Киев…

Тростенец.

Обратно в Россию я опять поехал через Минск. Во-первых, там осталась часть вещей, скинутая для облегчения передвижения, во-вторых, у меня еще оставались некоторые дела в этом городе. Но прежде я отправился на бардовский фестиваль. Не буду сейчас описывать приключения, подстерегавшие меня на пути туда и там, но было это феерично. Думаю, когда-нибудь я о них обязательно расскажу, а вот неожиданно страшная история самого городка (и места проведения фестиваля) уже доступна к чтению.

Если дорога из Киева до Ганцевич была спокойной и приятной, то судьбе было угодно, что путь обратно в Минск вышел, цензурно говоря, незабываемым. Дело в том, что проведя чуть больше суток на фестивале, я вынужден был вернуться из-за сильно разболевшейся ноги. Я заранее договорился с уже неоднократно упоминаемой мной Татьяной о возможности ночевки. Ну и поехал… Отрезок Ганцевичи – Барановичи я не помню совсем. Барановичи – Минск «сделала» мне в дупель пьяная бабка с ее не менее пьяным внуком. Всю дорогу, благоухая на весь вагон каким-то дешевым пойлом, они громко выясняли, кто из них что и у кого украл.

По приезду в Минск, я сначала думал добраться до Татьяны на метро, но, оценив свое состояние, бросил эту затею, сев на такси. Татьяны меня накормила ужином, я у нее в ванне хорошо пропарил свою ногу. Стало значительно легче. Назавтра (это было воскресенье) я устроил себе рабочую экскурсию по Минску, иначе говоря искал авиабилеты до Калининграда. Поиски не увенчались успехом: многие авиагентства были закрыты, а в остальных ценники были аховые. Расстроенный, вернулся в квартиру Татьяны, по пути купив ей большую коробку конфет.

В в понедельник с утра, распрощавшись с Татьяной, я продолжил свои поиски авиакассы, после чего было решено устроить экскурсию к мемориалу лагеря смерти «Тростенец», в котором давно хотел побывать. Но была одна проблема: мне надо было где-то оставить свои вещи. Позвонил Диме, чтобы спросить, где можно камеры хранения хорошие найти, но тот не отвечал. Позвонил Александрине с тем же вопросом. Она сказала: «А давай у меня вещи оставишь и я тебя повожу, где тебе надо». Ну, хорошо… Купил я билеты и двинулись мы в Тростенец. Вернее, сначала мы оказались в магазине ортопедических товаров, где Александрина купила симпатичную черную трость и презентовала мне ее со словами: «Чтобы Минск вспоминал почаще и хромал пореже». Спасибо тебе, Александрина, огромное! Тросточка, действительно, очень удобная! А потом мы поехали к мемориалу Тростенца…
Даже издали он внушает ужас. А уж когда подходишь ближе и начинаешь читать таблички с информацией… Кажется, что кровь в жилах стынет. Особенно жутко, когда читаешь сухие сводки о общем количестве погибших за время оккупации: «Витебск. 5 лагерей. Уничтожено 138 000 человек», “Могилев. 5 лагерей. уничтожено более 70 000 человек”, “Гродно. 5 лагерей. Уничтожено больше 41 500 человек” и т.д. В одном только Минске в концлагерях было уничтожено свыше 400 000 человек:… Идешь по мемориалу, а в ушах звучит то «Бухенвальдский набат», то «Братские могилы» Высоцкого. Действительно, здесь нет ни одной персональной судьбы, все судьбы в единую слиты…

Комплекс мрачен и величествен. Вагоны, на которых привозили в концлагерь узников, фундаменты бараков, помещений, где хранились их вещи… Все это только усиливает ощущение творившегося здесь Ада, когда «европейцы со светлыми лицами» пришли «даровать свободу и просвещение славянам-варварам». Уж какая тут «свобода», какое тут «просвещение». Весь ГП «Ост» в сухих цифрах показан более чем полностью.

К ужасу, который я испытал, примешивалось еще и ощущение дикого сюрреализма. На травке возле одной из дорожек мы с Александриной увидели явные следы чьего-то пикника. Но это были еще цветочки. Когда уже выходили с мемориала, то заприметили чуть вдали, под деревом, парочку, занимающуюся, гм… любовно-лечебной физкультурой. Я далеко не ханжа, но неужели они для своих утех не могли найти более подходящего места, чем бывший лагерь смерти?! 

Покидал я мемориал со смешанными чувствами. К жути осознания того, что здесь творилось 70 с лишним лет назад, примешивалась Жуть того, что, как минимум, части молодого поколения это непонятно и воспринимается на «хихи-хаха».

undefinedundefinedundefined

Вот как наш поход к Тростенцу вспоминает Александрина.
С Тростенцом получилась интересная штука. Фотографии ее, к сожалению, почти не передают, а было вот что: когда мы приехали, над Минском ласково светило яркое солнышко… Над Минском, но только не над бывшим концлагерем. Над ним висели низкие облака, отчего вся территория мемориала была погружена во мрак, что вкупе с тягостным ощущением хождения «по костям» действовало крайне угнетающе. А там и без атмосферных спецэффектов очень жутко. Серьезно. Второе из трех самых страшных мест Минска. Первое, так, чисто для справки — Еврейская яма на Мельникайте. Кто там был, меня поймет. До мурашек по спине и шевелюры дыбом. Третье — т.н. Паниковка, сквер у Купаловского театра. Мало кто в Минске знает, что в годы войны это было излюбленное место фашистов для казни несогласных. Идешь по дорожке, а над тобой на каждом суку-ветке повешенные болтались...Бр-р-р!

Курган Славы.

Еще с 2009 года мне очень хотелось посмотреть на Курган Славы, расположенный на 21-м километре трассы Минск – Национальный аэропорт «Минск». Все те разы, когда я проезжал мимо этого величественного мемориала, я все время обещал себе обязательно его посетить. Но раз за разом все никак не срасталось. В 2017 году я решил-таки сдержать давнее обещание, а Александрина согласилась меня туда проводить.

Посмотрели по карте, Курган Славы, находился недалеко от деревни под названием Слобода. Вернее, не просто Слобода, а какая-то Слобода, что мы не учли. И получили нехилое приключение.

Началось оно банально: в Минской области таких «слобод» несколько, и мы тупо уехали не к той. Выйдя из маршрутки, пройдя некоторое расстояние, и не обнаружив знакомых ориентиров, мы с Александриной решили свериться с картой. И внезапно увидели, что от того места, где мы находимся до этого самого Кургана Славы, почти 22 км пути. После короткого обсуждения, на 80% состоящего из гомерического хохота и мата в пустоту, было принято решение таки идти пешочком.

И пошли мы пешочком... Вдоль трассы... Мимо лугов, полей и лесов. Где-то на середине пути Александрина мрачно заметила:
-Вот, как я хотела в поход сходить… И вот, на тебе, блин!

undefined

Надо сказать, что даже издали мемориал выглядит впечатляюще: как будто гигантский великан вонзил в холм свое копье. Когда подходишь к самому Кургану, это ощущение только усиливается. Памятник представляет собой 4 гигантских штыка (символ четырех армий, освобождавших Минск), опоясанные кольцом с барельефом партизан. Правда, чтобы это все увидеть, подняться на вершину холма, высотой, по моим прикидкам, с пятиэтажный дом или даже больше. Когда оказываешься внутри кольца с барельефами, эмоции прямо переполняют. Ощущение той силы, той мощи, сокрушившей гитлеровскую военную машину, гордость и желание об этом помнить…

undefinedundefinedundefinedundefinedundefined

undefinedundefinedundefined

Спустившись с Кургана, мы с Александриной стали думать, как попасть обратно в Минск. Совсем забыл. У подножия Кургана Славы расположен небольшой парк военной техники, на которую можно залезть, покрутить шестеренки и прочие рычаги, чем, собственно, и занималась всякая детвора. Мне, правда, было уже не до того: нога ныла невыносимо. На наше счастье, на экскурсию к памятнику приехали туристы из России. Их экскурсовод, любезно согласилась подбросить нас на автобусе группы до станции метро. Огромное ей за это спасибо!

Уезжал я на следующий день. Кратко распростился с Александриной, собрал вещи и двинулся до боли знакомым маршрутом Ж/д вокзал – Нацаэропорт. Однако на этот раз, проезжая мимо Кургана Славы, никакого негатива не было. Наоборот, памятник вызвал у меня довольную усмешку: «А все-таки я здесь побывал!»

Нет опубликованных комментариев.

Новый комментарий

Atom

Top.Mail.Ru